September 9th, 2016

пишу

цитата

Оригинал взят у maikafer в Интервью

Писательница Амели Нотомб:

* Для меня гораздо важнее сочинить историю, чем ее издать. Смысл моего существования заключается в творчестве. Оно даже важнее, чем я сама.
* Я всегда в ожидании очередного романа, даже если еще не разродилась тем, над которым тружусь. У меня нет пауз. Больше всего я счастлива, когда пишу. Сочинительство — это моя молитва, мой способ вступить в контакт с сакральной силой.
* Писатель — это человек, который ставит вопросы, но на них не отвечает. Моя задача в том, чтобы найти и передать верный звук, чье значение порой ускользает даже от меня самой. Понять его — задача моих читателей.
я

25-тысячный пост в моем ЖЖ!

И решила я сделать этот пост о себе, любимой!
Типа: "Это я - Эдичка Дженичка!"
:)



Осветить, так сказать, этапы большого пути.
Потому что внезапно поняла, что мне есть чем гордиться.
Может быть, для кого-то и странно такое признание человека, которому перевалило за шестой десяток, но что делать - так оно и есть.  Мама моя в виду общей дряхлости и слабости рассудка гордиться дочерью уже не может, так что придется самой.
Тем более, что большую часть жизни я прожила в глубоком убеждении собственной никчемности.

Любимая фраза моего обожаемого дедушки была такая: "Я - последняя буква в алфавите!"
Вот с этим убеждением я и росла.

И еще - почему очень боялась радоваться чему-либо: подсознательно была убеждена, что тут же последует какое-то наказание Судьбы. Осознала я это, конечно, уже во взрослом состоянии.

Вот моя семья: бабушка-дедушка самые что ни на есть крестьяне, дедушка еще и ремесленник - сапожник. Один мамин брат закончил Военную академию в Ленинграде, двое других братьев - Бауманку. Мама получила только среднее образование учителя начальных классов.

До 14 лет я жила в деревянном доме без никаких удобств, потом мы с мамой перехали в комнату 19 кв. м в двухкомнатной хрущобе-коммуналке, где и живем до сих пор, правда, теперь она вся наша.

Мама у меня инвалид (ноги больные) и человек психически  не сильно здоровый.
Растила она меня одна.
В метрике в графе про отца стоял прочерк.
Мне это не сильно мешало по жизни, пока какой-то студент-старшекурсник в приемной комиссии какого-то из вузов не стал ко мне цепляться по этому поводу, брезгливо вертия в руках мое свидетельство и всячески подчеркивая, что я человек второго сорта.

Никто меня особенно не воспитывал, хотя мама в детстве пыталась как-то меня организовать, но ей было некогда. Никто не водил меня ни в какие кружки и не следил за кругом чтения. В школе был кружок танцев - вечно пьяный учитель ставил нам пластинку с чардашем и дремал, пока мы что-то эдакое изображали.

Обычный ребенок из маленького подмосковного поселка.
В классе (боюсь, что и в школе!) я была самая начитанная.
Подозреваю, что сильно воображала.
Но не особенно выпендривалась, потому что пребывала в постоянной тоске по поводу собственной внешности. Страшно закомплексованная, дикая, застенчивая до такой степени, что могла не поздороваться с собственной учительницей, увидев ее на улице в компании с кем-то еще.

Примерно в таком состоянии я прожила лет до тридцати.
Это очень мне мешало - сейчас я страшно жалею об упущенных из-за этой паталогической застенчивости и неуверенности в себе возможностях.
Не буду рассказывать, каким образом мне удалось все это побороть - история долгая.

Поступила в университет я с третьего захода, и то своеобразно: сначала меня не приняли несмотря на вполне проходной балл, а потом "зачислили в порядке исключения" - моя мама написала письмо министру образования, приложив свое инвалидное удостоверение.
Ну, и балл был все-таки проходной, конечно.

Сразу после школы, пытаясь поступать в разные вузы, я поняла, что моя начитанность гроша ломаного не стоит! Все эти москвички (и москвичи) из интеллигентных семей и спецшкол знали и читали гораздо больше меня.

Я всегда чувствовала себя не в своей тарелке - везде.
Ни к селу, ни к городу.
В своем привычном окружении  я была "слишком культурна", а в культурной среде - не дотягивала, как мне казалось.

Потом я пришла в Исторический музей и вот все в нем и работаю.

За 20 лет в отделе реставрации  я получила высшую категорию, стала зав. сектором, потом кем-то вроде заместительницы начальника по науке. Потом мне стало скучно, потому что дальше двигаться было некуда - только в начальники, а я этого категорически не хотела.

Судьба прислушалась и меня взяли в отдел ИЗО, где я хотела тихо сидеть за шкафом и заниматься изучением акварелек и пастелек.
Не тут-то было!
Сначала я согласилась стать главным хранителем отдела, потом...
Потом умерла заведующая, и мне пришлось ее заменить.
Потом я вдруг оказалась ученым секретарем музея.
Это все произошло за шесть лет.

Да, еще попутно защитила кандидатскую!
Забыла совсем.

И написала кучу научных статей, и преподавала разные реставрационные науки в разных учебных заведениях.

Потом я на год сбежала в Реставрационный центр имени Грабаря, где пыталась быть замом по реставрационной работе, но ничего из этого не вышло, и я вернулась в родной отдел реставрации на совсем маленькую должность.

После возвращения в родные пенаты (в 2010 году) я написала все свои произведения, которые вы знаете (либо с белого листа, либо завершила начатое, но этого гораздо меньше).
Кроме "Лизы во фритюре" и "Ловушки для бабочек" - это 2005 год.

В 2006 году подруга завела мне страницу на Самиздате ( я тогда мало что умела по компьютерной части) и послала на конкурс "Гонки на шпильках" мою "Лизу во фритюре", которая сразу вошла в десятку лидеров. В качестве приза предлагалась возможность напечатать произведение, но издательство меня отвергло: все хорошо, но уж больно экзотическое место действия - музей! Надо попроще, народ не поймет.

В  2008 году я завела аккаунт в ЖЖ.

Интернет принес мне новых друзей, благодаря которым я стала сотрудничать с литературным альманахом "Белый ворон" и опубликовала две книжки: "Ловушка для бабочек" (сборник всего написанного к тому моменту) и "Друг детства" (1й вариант).

Особая благодарность:
1. Лене Блонди elenablondy, которая первая заметила меня на Самиздате и поддержала!
2. Жене Павловской zhenyapavlovsky - светлая ей память! - с которой мы все эти годы переписывались и обсуждали все на свете. Женя всегда вселяла в меня уверенность в собственных силах.
2. Сереже Слепухину sslepukhinpinx - главному редактору "Белого ворона" и Евдокии Слепухиной eudoxies, чьи замечательные рисунки украшают обложки первых двух книг!
3. Татьяне Красновой - с легкой руки которой начался мой роман с издательством ЭКСМО!
4. Лене hhhhhhhhl, которая пинками гнала меня в люди и уверена в моем успехе куда больше меня!

Я страшно благодарна всем моим интернет-друзьям и читателям, без поддержки которых я бы совсем завяла!

Не помню, когда завелся у меня Фейсбук, и не нашла, где посмотреть - но активно пишу там всего года два, наверно. А в этом году количество ФБ-друзей и подписчиков у меня сильно увеличилось благодаря истории про собачку, которая уже стала, по-моему, бояном.
Точно так же в свое время разошелся мой самизатовский текст "Немного секса в холодной воде" -  я наткнулась на него даже на сайте, посвященном гинекологии и акушерству.
:)

И вот что мы имеем - это все появилось за последние 10 лет:

2

3

Как-то так!

998511668

В моей жизни было много всякого - порой очень и очень даже мрачного.
Друзья знают, что я люблю поныть и поубиваться на пустом месте.
Но что меня всю дорогу спасало  - чувство юмора!
Чего и вам желаю!
Удачи!
пишу

Все на продажу!

1


Наименование


Тираж Дата начала продаж Продажи за месяц ШТ Остаток на складах
Друг детства 2 000 12.08.2016 1 136 744
Другая женщина 3 000 30.05.2016 139 1 702
Я все равно тебя дождусь! 4 000 22.03.2016 100 2 141


Особенно хорошо почему-то расходится "Друг детства"!
пишу

Кто под красным знаменем раненый идет...

Слушала сегодня утром Радио-Книга - там какой-то писатель (прослушала, кто) и одновременно депутат чего-то там рассказывал о своих депутатских идеях.
Он от партии Зюганова.
Так же, как, к слову, и Захар Прилепин.
Я точно не знаю, так ли это  - Прилепина выступающий назвал, и еще двоих, которых я позабыла - писатель и певица, кажется.
"Мы выступаем под красным знаменем Победы!" - так он выразился.
Типа: "За Родину, за Сталина!" что ли?
Не очень поняла, какое он лично имеет отношение к знамени Победы.
Ну да ладно.
Рассказал про одно свое доброе дело - дело, и правда, доброе, но его можно было совершить под любым знаменем.

Но я вообще-то о другом.
Хотя тоже на тему о Родине и Сталине.
Читаю сейчас воспоминания Георгия Жженова.


http://www.e-reading.club/book.php?book=1031616

Повезло Жженову - выжил в аду сталинских лагерей.
Добывая золото и руду для оборонки.

Дам вам ссылку на один рассказ - "Саночки":
http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=4794

Потрясающая история!
Особенно потому, что реальная.
Полезно почитать всем почитателям красных знамен.
Удобный красный цвет - на нем крови не видно.

Я много прочитала мемуаров бывших лагерников.
Но почему-то именно сейчас меня поразило это удивительно спокойное восприятие происходящего теми персонажами, которые находились по другую сторону колючей проволоки.
Которые спокойно принимали весь этот ужас, участвовали в нем вольно или невольно, а некоторые даже и сами выступали  в роли палачей.
И ведь из них выжило - большинство.
В отличие от тех, кто был внутри железного круга ГУЛАГа.

Исключения, конечно, были.
Поразительные исключения!
Вот как герой этого страшного рассказа про саночки.


Виктор Астафьев и Георгий Жжёнов
Последняя встреча двух русских людей (Последние могикане)
дама

Инжирные вкусности