March 3rd, 2021

тоска

Новый рассказ!



Новый рассказ!
Буквально только что написанный. :)

Материализация

Первым делом я купила кружку. Тяжелую глиняную кружку клетчатой расцветки с черным нутром (это важно). Клетка на чашке не какая-нибудь случайная, нет! Это благородный тартан высокогорного шотландского клана МакЛаудов: пересечения желтого и черного цветов с добавлением тонкой красной линии. Поставила ее на полку, положив внутрь палочку корицы – настоящей, цейлонской, а не кассии, у которой аромат слишком резкий. В доме должно пахнуть корицей. К тому же она хороший афродизиак.

Потом я купила домашние тапки. Из настоящей замши приятного светло-коричневого цвета – внутри натуральная овчина. Поставила их в шкаф, положив внутрь по маленькому мешочку, набитому сушеной лавандой – от моли. Над тапками висит на вешалке халат – я долго искала именно такой: важный, представительный, сшитый из темно-синего бархата с тонкой красной отделкой и вензелем на нагрудном кармашке.

Потом я варила варенье. Золотое, янтарное, густое варенье из абрикосов с зернышками – квинтэссенция крымского лета, когда абрикосы зреют на ветках, наливаясь солнцем и пропитываясь морским ветром. Конечно, дробить косточки, добывая ядра, занятие утомительное. Но я, разбивая очередную косточку, представляю, что уничтожаю обиду и отменяю неудачу, извлекая из каждого горького опыта сладкое зерно мудрости. Помогает. Варенье разложено по банкам и отправлено в кладовку, где ждет своего часа.

Лампа попалась мне на барахолке. Я отчистила ее, и теперь медная ножка самодовольно сияет, а зеленый круглый абажур светится сам по себе, без участия лампочки. Зеленая лампа обязательно должна быть в доме.

Стеклянный графин принадлежал моему дедушке. Стеклянный графин с тонкой цветочной гравировкой и тяжелой пробкой, которую, как уверяют опытные хозяйки, следует класть в куриный бульон во время варки, чтобы он получился прозрачным. Ни разу не пробовала. Графин пока томится в серванте, готовясь к тому торжественному моменту, когда в него вольется тягучий золотистый напиток, который пока что настаивается в темноте кухонного шкафа.

Рецепт я немного усовершенствовала: беру не 25 г кедровых орешков, а 30 – на поллитра водки, а ванилин совсем не кладу, мне кажется, он тут ни к чему. И сахару чуть побольше – столовую ложку с верхом. Орехи предварительно пару раз обдаю кипятком и дроблю. Десять дней настаивается, фильтруется и пьется с удовольствием и пользой для здоровья.

Так, сколько уже набралось? Кружка, тапки, халат, лампа, графин… Пять предметов! Достаточно. Варенье и кедровая настойка… Маловато. Добавим глинтвейн – а иначе, зачем нужна кружка? И запечем в духовке… Ну, что-нибудь запечем.

С момента покупки кружки прошло полгода, и как раз в канун Рождества я завершила обряд. Долго, а что делать? Мне же нужна не туфта какая-нибудь, а премиум-класс, так что ко всему прочему я много времени уделяла визуализации, стараясь ничего не упустить.

Канун Рождества – хорошее время для хорошего дела. К тому же наряжена ёлка, а она одна перевешивает все пять собранных мной предметов, излучая мощное притяжение. Конечно, если в доме есть камин, то результат стопроцентный. Но камина, увы, нет. Но ёлка в сочетании с глинтвейном – то, что надо.

Итак, глинтвейн! Берем красное сухое вино – лучше Бордо, но и Киндзмараули сгодится. Водой не разбавляем – это профанация. Добавляем корицу, гвоздику, кардамон, черный перец (да-да-да!), имбирь, мускатный орех, корочки лимона, кусочки апельсина или мандарина, ломтики яблок, мёд. Нагреваем (но не до кипения!) и в самом конце подливаем немного коньяка или рома.

Пока я занимаюсь глинтвейном, в духовке, источая умопомрачительные ароматы, запекается свинина – я ее замариновала заранее в лимонном соке с чесноком. Приготовила соус: перец чили, имбирь, коньяк и мед. Ломтики свинины слегка обжарила на оливковом масле, потом там же немножко потушила соус, переложив свинину в форму. Полила соусом, посолила, накрыла фольгой – и на полчаса в духовку.

Волновалась я страшно! А вдруг ничего не получится?

Но все получилось, и я даже успела переодеться в свое любимое платье удачи – нежно-голубое, под цвет глаз.

Ах, про цвет глаз-то я и не подумала! Черт, уже поздно. Ну ладно, пусть глаза будут какие угодно, лишь бы все остальное соответствовало.

Ровно в полночь он вышел из комнаты, где работал – я уже некоторое время слышала шелест компьютерной клавиатуры, но держалась: нельзя входить, а то можно спугнуть! Пусть сам.

– Бог мой, как же дивно пахнет! – сказал он низким бархатным баритоном.
– Все готово, – ответила я, украдкой его разглядывая. – Прошу к столу.
Он уселся. Я налила ему полную кружку глинтвейна, положила на тарелку кусок запеченного мяса. Он сказал, разливая по рюмкам кедровую настойку:
– Давай начнем с водочки. За тебя, дорогая! Как же мне повезло!
– За нас! – ответила я, и залпом выпила настойку, стараясь не заплакать: все получилось.

Он сидел напротив меня – симпатичный мужчина лет сорока пяти. В темно-синем халате с вензелем на кармашке и в тапках из натуральной замши. Ел свинину, пил глинтвейн, шутил, смеялся, смотрел на меня с нежностью. Солнечное варенье дожидалось чая, а в комнате около ноутбука горела зеленая лампа, и ёлка сияла гирляндой…

Какого же цвета у него глаза? Никак не пойму. Волосы темные с сединой, как я и заказывала. И полуседые усы с бородой, очень стильные. Да, мне нравятся бородатые мужчины, ничего не могу с собой поделать. И сам он очень стильный – халат смотрится на нем как королевская мантия. А глаза… Кажется, карие? Точно.

И еще – я не знаю, как его зовут. Пройдет немного времени, и его имя само себя обнаружит. Спрашивать нельзя. Ничего, пока можно просто говорить: «Дорогой». Так даже лучше.

Но зато я знаю, что написано в том файле, который открыт в его ноутбуке. Он же у меня писатель! Рассказ сочиняет. Пока только начало:

«Первым делом она купила кружку. Тяжелую глиняную кружку клетчатой расцветки с черным нутром (это важно). Клетка на чашке не какая-нибудь случайная, нет! Это благородный тартан высокогорного шотландского клана МакЛаудов: пересечения желтого и черного цветов с добавлением тонкой красной линии…»