je_nny (je_nny) wrote,
je_nny
je_nny

Categories:

Вилла "Мираколо" - глава 7



Глава  1.  Настя исчезает
http://je-nny.livejournal.com/4815535.html
Глава 2.  Игнат гоняется за Ламборджини
http://je-nny.livejournal.com/4818914.html
Глава 3. Настя наслаждается жизнью
http://je-nny.livejournal.com/4824333.html
Глава 4. Игнат встречается с отцом и узнает о Безумном Клоде
http://je-nny.livejournal.com/4830232.html
Глава 5. Настя погружается в dolce far niente
http://je-nny.livejournal.com/4836010.html
Глава 6. Игнат знакомится с Безумным Клодом и идет на разведку
http://je-nny.livejournal.com/4839301.html

ГЛАВА 7. НАСТЯ СОВЕРШАЕТ СТРАШНЫЕ ОТКРЫТИЯ



Neil Rodger
Neil RODGER

Настя только что вылезла из ванны и одевалась, томно потягиваясь. Но втиснуться в шорты ей так и не удалось. Ничего себе! Ну ладно, буду в юбке, решила она. Юбка тоже сидела как-то непривычно, и Настя повернулась к огромному зеркалу, от которого обычно отворачивалась. Зеркало показывало что-то странное, и Настя растерянно вгляделась в собственное отражение: выросла я, что ли?! Юбка доходила ей только до щиколоток, а не до пят, как раньше. Настя сняла юбку и уставилась на себя – она явно вываливалась из купальника: трусики неприятно резали бедра, а лифчик едва прикрывал грудь. Настя стащила купальник и провела руками по телу – неужели она до такой степени поправилась?! Хотя… чего она еще ожидала, так наваливаясь на еду?
Настя придвинулась к зеркалу: надо же, как здорово загорела! Раньше ее бледная кожа всегда покрывалась красными пятнами, а сейчас – ровный золотистый загар с белыми полосками от купальника. А волосы?! Что с ними такое? Они как-то порыжели… Наверно, выгорели. А вьются, потому что здесь очень мягкая вода. Настя еще внимательнее уставилась в зеркало и встретилась взглядом с собственным отражением – а глаза?! Они всегда были голубые! А теперь… какие-то… зеленые?! Да нет, это так падает свет…
Через некоторое время она отвела взгляд, усмехнулась, и вышла из комнаты. Обнаженная, медленно шла она по дому и саду к бассейну. Наплававшись вволю, улеглась в шезлонг и задремала. Кто-то кашлянул рядом и, не открывая глаз, она сказала повелительным тоном:
– Карл, скажи Берте, чтобы нашла мне одежду. Да, и обедать я буду в саду.
– Повинуюсь, госпожа! – Карл низко поклонился, и если бы Настя могла видеть его лицо, она поразилась бы: Карл улыбался.
Краше от этого он, правда, не стал.
Сидя под развесистым деревом за маленьким, уставленным всяческими яствами столиком, с бокалом вина в руке, Настя медленно приходила в себя. Она никак не могла понять, что заставило ее валяться совершенно голой около бассейна – спасибо, Берта догадалась принести платье! Простое белое платье изо льна, напоминающее тунику, чрезвычайно нравилось Насте.
Но ни платье, ни превосходный обед с непременным малиновым десертом не могли избавить Настю от мучительного внутреннего беспокойства, которое будоражило и не давало погрузиться в привычную сонную оторопь. Ее чрезвычайно тревожило собственное странное отражение, так не похожее на всегдашнее. Тревожило и… явно кого-то напоминало. Настя вскочила и побежала в картинную галерею – так и есть: обнаженная рыжеволосая женщина, которой Настя недавно любовалась! Сходство было неоспоримым. Настя постояла, со страхом глядя на картины – что же это такое?! Как странно… Может ей примерещилось спросонок?! Наверняка…


Francine Van Hove


Настя вышла прямо в сад через французское окно, прошла чуть вперед и вдруг заметила маленькую деревянную дверь в стене, за которой обнаружился спуск вниз. Настя заглянула – темно, но на первой ступеньке, как нарочно, лежал фонарик. Лезть туда или нет? Но Бруно же написал: можно везде, где открыто! Она зажгла фонарик и начала храбро спускаться по винтовой лестнице. Спускаться пришлось довольно глубоко, и Настя уже пожалела о своем поступке: нет, не доведет меня до добра любопытство! Наконец она оказалась в полукруглом помещении с каменным полом и стенами. Рассмотреть все целиком было трудно: луч фонарика выхватывал из темноты лишь отдельные детали интерьера – грубую скамью, висящий на цепях светильник, каменную чашу…
– А-а! – Настя отскочила назад и уронила фонарик: со стены на нее осклабилась страшная рожа – выпученные глаза, черный провал разинутого рта с обломками зубов и змеи вместо волос! С испугу Насте даже показалось, что змеи шевелятся! Она подобрала фонарик и еще раз посветила на стену: конечно же, там ничто не шевелилось.
Но какая страшная, брр!



Настя шагнула назад и наткнулась спиной на какую-то торчащую палку, а когда обернулась и поняла, что это за палка, то ахнула: это было скульптурное изображение отвратительного обнаженного мужчины – у изваяния не хватало одной ноги, половины левой руки и части носа, но огромный фаллос сохранился прекрасно и выглядел очень вызывающе. У Насти загорелись щеки, и она поспешно направила луч фонарика в другую сторону, на рельеф с изображением какого-то странного существа… или божества? Настя поворачивала фонарик, освещая камень с разных сторон – свет и тени создавали причудливою игру на поверхности рельефа: существо казалось то злобным, то веселым, а черты физиономии напоминали то собачий оскал, то птичий клюв…
– Синьорина!
– Ой! – Настя подпрыгнула.
Это был Карл:
– Не следует синьорине тут находиться. Темно, сыро. Прошу наверх.
– Как вы меня напугали! – Настя уцепилась за корявую руку Карла и побрела за ним по лестнице к свету и теплу летнего дня. Она совершенно забыла о том, как выглядит, поэтому снова вздрогнула, увидев свое отражение в большом зеркале одной из гостиных: рыжие волосы, белое платье, золотой загар… Что же с ней такое происходит?!
Обед несколько примирил ее с жизнью, но, повалявшись в полуденной истоме на постели, заснуть Настя так и не смогла. Она отправилась бродить по саду и неожиданно вышла к каким-то хозяйственным постройкам: смотри-ка, они держат кур! Девушка постояла немного, наблюдая за пестрыми курами и ярким горластым петухом, потом свернула еще куда-то и обнаружила гараж, в котором стояло три машины, в том числе – Ламборджини красного цвета. Или надо говорить «Ламборгини»? Настя помнила, как непривычно для ее слуха произнес это слово Бруно.
На чем же он уехал, интересно – все машины на месте?!
Или…
Или он вовсе и не уезжал?
Вдруг он все это время был в доме?!
А она расхаживала голышом!
Нет, нет! Он просто вызвал такси! Наверняка!
И, успокоив себя таким образом, Настя двинулась дальше, хотя неприятный осадок на душе остался. Здесь сад был совсем запущенный и скорее напоминал лес. Вдруг Настя остановилась и оглянулась по сторонам – послышалось, кто-то зовет ее громким шепотом. Вот опять: «Настя!» – она вгляделась в кусты, которые росли прямо за чугунной оградой. Кажется ей, или там, правда, кто-то есть? Но только она занесла ногу, чтобы полезть по склону вниз, ближе к ограде, как ее действительно окликнули: «Синьорина!». Это снова был Карл. Следит он за ней, что ли?! Карл довольно бесцеремонно взял Настю за руку и повел обратно: «Нельзя там ходить. Опасно. Можно упасть. Колючие кусты». И сколько Настя не пыталась объяснить, что видела кого-то за оградой, Карл делал вид, что не понимает.
А вдруг…
А вдруг это был… Игнат?!
После всех дневных переживаний Насте приснился очень странный сон: будто к ней снова прилетела сова – посидела на спинке кровати, тараща зеленые глаза, а потом мягко спланировала, расправив огромные крылья, прямо на Настю…

Jan Mankes ~ Barn Owl, 1930

Jan Mankes ~ Barn Owl, 1930


Было раннее утро, когда она резко села в постели и некоторое время смотрела в пространство, нахмурив брови. Потом встала и вышла из комнаты, повернув за дверью направо, к апартаментам Бруно – там было открыто. Через гостиную и кабинет она прошла в его спальню и замерла, прислушиваясь.

– Распахни шторы, – сказал Бруно. – Я хочу на тебя посмотреть!
Мягкий утренний свет озарил стройную обнаженную фигуру с распущенными рыжими волосами.
– Иди ко мне, – Бруно откинул простыню и приглашающе похлопал ладонью по кровати. Она подошла поближе и с удовольствием оглядела его сильное, загорелое и возбужденное тело. – Ну, давай же, Анастази!
– Ты думаешь, это хорошая идея? Ты же сам видишь – метаморфоза не завершена, она еще здесь. Она сопротивляется – и сильно!
– Да сколько там осталось – пара дней? Не страшно. Иди, дорогая! Или… Неужели ты стесняешься этой девочки?
– Она такая невинная.
– Она уже не девственница!
– У нее чистая душа.
– Просто ты плохо знаешь современную молодежь!
– Нет, правда…
– Тогда зачем ты пришла?
– А зачем ты отпер дверь?
Улыбаясь, смотрели они друг на друга, и Анастази сделала еще шаг к постели Бруно.
– Ничего, ей понравится! Ну, давай же, любовь моя!
– Ах ты, старый греховодник!

Neil RODGER

Neil RODGER


Анастази прыгнула в постель и склонилась к Бруно, который жадно привлек ее к себе, одной рукой стиснув грудь, а другой лаская ягодицы. Они поцеловались, потом Анастази села на Бруно сверху и закинула руки за голову. Она мерно двигала бедрами, наращивая темп – гибкая, сильная, горячая. Бруно застонал…
Настя резко проснулась и некоторое время лежала без движенья, глядя в потолок, испещренный трещинами, солнечными пятнами и тенями от колышущихся ветвей. Это был не ее потолок! В смысле, потолок не ее спальни – белый, с лепными завитушками, а не с веселенькими амурчиками. И лежать ей было неудобно – что-то давило на живот. Она посмотрела и похолодела – поперек ее голого живота покоилась смуглая мужская рука. Настя осторожно повернула голову – рядом спал Бруно, уткнувшись в подушку. Девушка задрожала – внутри у нее нарастал истерический вопль: она вспомнила, что снилось ей этой ночью! А может, вовсе и не снилось?! Рука вдруг ожила и переместилась с живота на грудь. Настя жалобно пискнула и попыталась освободиться, но не тут-то было – Бруно проснулся, повернулся к Насте и внимательно в нее вгляделся. Потом вздохнул и разочарованно сказал:
– А, это ты…
Взглянул еще раз и усмехнулся:
– Впрочем, это может быть интересно…
– Только попробуй! – воскликнула Анастази. – Даже не думай, проклятый развратник!
– Да я просто дразнил тебя! Я же знал – ты тут же покажешься! Моя тигрица…
– Подожди… Все-таки мне кажется – зря мы…
– Перестань, два дня ничего не решают.
– Не знаю. Что-то у меня плохое предчувствие.
– Что с тобой? Ты никогда не была такой паникершей!
Анастази вздохнула:
– Наверно, старею…
– Ну конечно!
Бруно обнял ее, но в этот момент в дверь забарабанил верный Карл:
– Господин! Простите, господин, но у нас неприятности! Лучше бы вам выйти!



Бруно нахмурился и, накинув халат, вышел за дверь, а Анастази потянулась, зевнула и устроилась поудобней – после таких бурных утех нужно подольше поваляться в постели. И почему она теперь так устает… Просто чудовищно… Смертельно…
Но отдохнуть ей не удалось: сознание Насти, задвинутое в самый потаенный уголок, сопротивлялось и трепетало – так бьется пойманная на крючок рыба. Насте же казалось, что она никак не может проснуться: медленно и неотвратимо погружается на дно глубокого колодца, тонет в густой и вязкой тьме. Со светом ее связывал только тоненький лучик, который дрожал, тревожно звенел и будоражил засыпающее сознание: не спи, борись! «Настя!» – послышался ей зов Игната, и Настя изо всей силы рванулась из опутывающей ее тьмы.



Анастази вздрогнула и села на постели. Потом поднялась и медленно побрела по комнатам, время от времени останавливаясь и глубоко дыша: ее пошатывало, и голова кружилась. Спустившись в подвал, Анастази налила немного ароматического масла на дно большой каменной чаши, стоящей пред изображением змееволосой богини, и подожгла – масло загорелось зеленоватым огнем с едко пахнущим дымком. Анастази встала на колени и стала молиться – пожалуй, никто из ныне живущих не опознал бы язык ее молитвы. Закончив, она подняла голову и вгляделась в барельеф, который вдруг ожил: зашипели, извиваясь, змеи; поджались и распрямились когтистые лапы; совы взмахнули крыльями – богиня смеялась. Сам собой потух огонь в чаше. Анастази постояла, бессильно уронив руки и с тоской глядя в лицо вновь окаменевшей богини, потом горько вздохнула и медленно побрела наверх.



Продолжение следует...
Tags: Вилла Мираколо
Subscribe

  • Урок географии

    Две недели семейного портрета Unknown artist; Reynolds Family Group; Ironbridge Gorge Museum Trust Картинка взята из статьи "Globes were all…

  • Все у нас получится!

    Хочу процитировать Татьяну Устинову - книга "Свиданье с Богом у огня. Разговоры о жизни, любви и самом важном": "Я пишу истории о…

  • Цитаты

    Михаил Леонович Гаспаров – Записи и выписки: * И не позволяй себе роскоши стать кому-то необходимым * В тюркских языках будто бы есть время:…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments