je_nny (je_nny) wrote,
je_nny
je_nny

Categories:

Удивительная история, похожая на сказку...



Это обложка книги, которую написала Natasha Volkova, а иллюстрации выполнила Елена Шнайдер На обложке автограф Алана Рикмана - и изображение героя сказки, в котором без труда узнается Алан. Создание этой книги - история вполне сказочная!
ФБ:  https://www.facebook.com/photo.php?fbid=991298267604657&set=t.1465932646&type=3&theater

Почти год назад я писала об этом в посте Удивительная история, похожая на сказку... про волшебное пересечение литературы и жизни: где-то году в 2010-м или 2011-м я сочинила небольшую историю, которую думала развить в роман - главный герой, актер, был практически списан с АР - внешне, конечно. Написала и отложила.
А в 2016 году Наташа Волкова показала в ФБ обложку этой книги - и я обомлела!
Потому что в моей истории главная героиня пишет сказки и сама рисует к ним иллюстрации, а один из сказочных героев обладает внешностью того актера, в которого она влюблена с юности и которого Судьба привела к ней в дом! То есть - внешностью Алана Рикмана.
Что ж получается - я придумала эту сказочницу, а она реальна!
Конечно, и сказка у Наташи другая, и герой не такой, как у меня...
Но все равно! Мистика, да и только.


Сейчас я дописала ту историю - роман не получился, скорее рассказ... В общем, в жанрах я путаюсь, честно говоря, поэтому все подряд, что пишу, называю новеллами!
Конечно, главный герой совсем не АР - но можно легко представить, как АР его сыграл бы.

Вот вам отрывочек из моей сказочной истории - самое начало:



ПРИЗРАК ЛЮБВИ
Часть 1. Кроличья нора


– А что это за звуки вон там? – спросила Алиса.
– А это чудеса, – равнодушно пояснил Чеширский Кот.
– И что же они там делают?
– Как и положено, – Кот зевнул. – Случаются…
Льюис Кэрролл. Алиса в стране чудес


Всё! Всё было не так! С самого начала всё не заладилось. Вылет из Рима задержали на восемь часов, так что Рику пришлось ночевать в отеле, а когда он позвонил Мюриель, та вдруг закричала, чтобы он не приезжал:
– Слышишь меня?! У нас тут непогода, бурю обещают! Не приезжай, мой мальчик, не надо!
– Да я уже здесь! – заорал он в полной ярости и шваркнул трубку.
Машина, которую он взял напрокат, то и дело барахлила, дождь лил, не переставая, и в довершение всего он заблудился, хотя вроде бы знал дорогу к Мюриель как свои пять пальцев.
Если быть честным, все не заладилось гораздо раньше. Последний фильм провалился в прокате – а ведь Рику так хотелось поддержать начинающего режиссера, который к тому же был его собственным сыном! Да и сценарий вроде бы совсем не плох. Такой… концептуальный. И сыграл он добротно. Хорошее слово – добротно! Что бы там не говорил сын.
А может, еще раньше? Когда он ушел из сериала? Агент просто лез на стену, продюсеры рвали и метали, когда он уперся и отказался продлевать контракт на девятый сезон. Им таки пришлось прикончить Донована – Рик невольно хихикнул, вспомнив финальную сцену сериала. А как он сыграл! Это был шедевр. Выложился по полной – даже осветители рыдали. Как же ему надоел этот Донован, провались он! Десять лет жизни… Или сколько? Рик быстро посчитал: восемь с половиной. Сначала Донован был персонажем второстепенным, но неожиданно этот саркастичный, умный, обаятельный и одинокий патологоанатом полюбился зрителям гораздо больше, чем брутальный и победительный детектив, тем более, что детектива пришлось сменить уже после первого сезона – актера переманили в более успешный проект. Так оно и шло восемь сезонов подряд: детективы менялись, а Донован оставался, делаясь все более саркастичным и обаятельным.
Сколько всего уместилось в эти восемь лет! Смерть отца, очередной развод… Примирение с сыном… Примирение! Да они только и делают, что ссорятся! Вот и накануне… Черт возьми! Рик невольно поморщился, вспомнив эпический скандал, из-за которого он и уехал из дома сына под самое Рождество. И вот, вместо того, чтобы сидеть за праздничным столом в кругу семьи, он едет в ночи, сквозь бурю! И, судя по всему, едет совсем не к Мюриель.
Рик вздохнул. Ну, и где мы теперь? В полной заднице! Он попытался разглядеть хоть что-нибудь в кромешной мгле. Дождь хлестал косыми тугими струями, ветер крепчал. Буря, Мюриель? А?! Похоже на то. Рик в раздражении саданул кулаком по рулю, машина загудела, а дворники вдруг перестали работать и застыли посреди лобового стекла. Вот дерьмо! И в ту же секунду откуда-то из темноты вдруг со страшной скоростью полетела на Рика огромная фура, он крутанул руль – а-а, не в ту сторону! Совсем отвык от левостороннего движения! Вот черт! Резко повернул руль в другую сторону, его повело, фура задела боком, и машина, вертясь, понеслась по дороге. Рик жал на тормоза. Наконец машина остановилась, мотор заглох. Фура умчалась. Даже не остановился, гад! Рика трясло. Или это дрожала машина? Грохот дождя и завывание ветра обрушились на него со всей силой. В машине что-то поскрипывало и дребезжало. Что ж это… Господи…
Он осторожно вылез наружу из неустойчивой машины и тут же промок насквозь. Черт, черт! Рик пнул машину ногой, и она, покачнувшись, вдруг покатилась вниз по довольно крутому склону, сверкая фарами. Да что б тебе! Что ж это такое?! Он чуть не плакал. Оскальзываясь и оступаясь, Рик полез в овраг на свет фар. Машина лежала пузом кверху с распахнутыми дверцами – словно большой беспомощный жук. Ее остановил большой ствол поваленного дерева. Фары помигали и погасли. Просто конец света…
Рик попытался найти портфель – тот должен был лежать на заднем сиденье. Портфеля не было. Вывалился наверно! Что ж делать-то, а?! С огромным трудом он вылез обратно на дорогу. Подождал, все больше замерзая. Никто никуда не ехал. И не поедет! Все уже сидят и празднуют! Все нормальные люди! До Рождества осталось всего ничего… Сколько там… Так, часы разбились! Как это он ухитрился?! Мобильник! Мобильник тоже где-то в машине… Или уже не в машине. Рождество, а?! И что – вот это, по-вашему, Рождество?!
Он огляделся. Темь, дождь, ветер. Холодно, черт побери! Вдалеке на холме вроде бы что-то слабо светилось… да, точно, свет! Рик пару раз упал на крутом склоне, съезжая вниз, наконец, выбрался и, дрожа от холода, побрел к свету. Брести пришлось долго – расстояние оказалось обманчиво. Свет лился из окон небольшого коттеджа. На покосившемся указателе, под которым торчал почтовый ящик, было написано: «Кроличья нора». Рик даже не удивился. Он позвонил, потом постучал. Представляя, как выглядит, он мрачно подумал: «Твое счастье, если просто вызовут полицию! Молись, чтоб сразу не пристрелили».
– Кто там? – женский голос звучал испуганно.
– Простите! Не бойтесь! Моя машина потерпела аварию! Мне бы позвонить! Вы позволите?
– Стойте, где стоите! И чтобы я видела ваши руки! Учтите, у меня газовый баллончик!
Он покорно поднял руки, чувствуя полную нереальность происходящего. На секунду ему показалось, что это киносъемка, и сейчас режиссер крикнет: «Снято!». Женщина открыла дверь и разглядывала его – Рик зажмурился от яркого света, хлынувшего из дома.
– Заходите!
Он зашел.
– Стойте!
– Стою.
– Выверните карманы!
– Да нет там ничего! Как их вывернуть?! Все мокрое!
– Давайте, давайте!
– Ну вот! Это все!
На пол упала размокшая зеленая пачка мятной жвачки.
– Что с вами случилось?
– Авария! Я же сказал! Машина перевернулась.
– Вы ранены? Нужен врач?
– Нет, не ранен! Со мной-то все в порядке, а вот машина…
– Да уж, вижу. Пойдемте. Вам надо принять ванну.
Оставляя грязные следы, он побрел за ней.
– Сейчас я принесу вам что-нибудь сухое.
– Спасибо! Вы – ангел!
С трудом стянув мокрую одежду, Рик с наслаждением влез в горячую воду. В приоткрытую дверь протянулась рука с полотенцем.
– Вот, возьмите!
– Простите, не могли бы вы… Я уже…
Она вошла, не глядя положила полотенце и одежду.
– Спасибо!
Черт, как неловко… Брюки были Рику длинны, так что пришлось подвернуть, а на футболке красовался портрет его вечного конкурента – доктора Хауса! Ухмылялся Хаус весьма язвительно. Кошмар. Пытаясь как-то пригладить непослушную прядь на макушке – вечно она торчит! – Рик разглядывал себя в зеркале и мрачно думал: «Выгляжу, как полный придурок. Вообще весь этот идиотизм напоминает плохой сценарий, написанный по мерзкому дамскому роману. Мюриель обожает такие. Просто нарочно не придумаешь!» Наконец он выполз в гостиную.
– Садитесь, выпейте чаю, – сказала хозяйка.
– Я же говорил – вы ангел!
Женщина села напротив, и по тому, как она, опустив глаза, скорбно помешивала ложечкой у себя в чашке, Рик понял: узнала. К тому же она оказалась гораздо моложе, чем ему представлялось.
– Меня зовут Элис.
– Очень приятно, – он покашлял. – А я…
– Я знаю, кто вы.
– Хм. Вот и познакомились, – пробормотал он. – Алиса, это Пудинг! Пудинг, это Алиса.
– Что-что?!
– Это из «Алисы»…
– А! Ну да. Вы же этого озвучивали… кролика?
– Кролика.
Рик заметил, что пока он отмокал в ванной, Элис переоделась – вместо зеленого махрового халата на ней был пестренький свитер и свободные брюки. Светлые вьющиеся волосы она завязала в хвост. Ба, да она и подкрасилась!
– Вы хотели позвонить? – спросила Элис. – В полицию? Но все равно телефон не работает.
– А мобильник у вас есть?
– Мобильник сломался. Я… уронила его. В общем, тоже не работает.
– Ах ты…
– Да уж.
– Не знаю, что и делать…
– Оставайтесь. А утром посмотрим.
– Как я вам благодарен! Вы просто ангел!
– Вы третий раз это говорите.
– Я не устану повторять это до скончания века!
– Аминь.
– Кстати! А сколько времени?
– Почти одиннадцать. Ах да, Рождество же!
– Хорошенькое Рождество… Я как раз ехал к Мюриель…
– Мюриель?
– Это моя родственница. Ей девяносто два, представляете?
– Ого!
– Да и она сама – ого-го!
Некоторое время они молча разглядывали друг друга.
– Так странно! – Элис слегка покраснела. – Я как раз смотрела ваш фильм. И прямо на заключительных титрах – звонок в дверь!
– Да, мне тоже кажется, что все это как-то странно. А что именно вы смотрели?
– «Призрак любви».
– О, нет! – застонал он. – Только не это! Ненавижу этот фильм! Сплошной сироп! И я там просто ужасен!
– Кокетничаете?
– Да что вы! Я вообще не смотрю никогда свои фильмы. Все кажется: это не так, то плохо, там – чудовищно. Мучение просто.
– Его все время показывают под Рождество.
– Вот именно! Сю-сю-сю… Дамские штучки!
– Да ладно вам! Милый фильм. Не любите дамские романы?
– Ненавижу! Это все… такое вранье! Ну не бывает так в жизни, не бывает!
– Не бывает?
– Нет!
– Не бывает?
– Ну-у…
– Вот-вот.
– Ну да, мы сейчас…
– Словно в таком романе.
А ведь и правда, подумал Рик, осознав, что они в доме одни, а поблизости – никакого жилья. Бушует непогода… Незнакомец в доме… М-да. Его опять пронзило чувство полной несусветности происходящего: он сидит неизвестно где, неведомо в чьем доме – «Кроличья нора», вы подумайте! – в чужих штанах и футболке с доктором Хаусом, пьет чай и рассуждает о дамских романах. Бред! И ужасно хочется есть.
– А почему вы тут одна? На Рождество? – спросил он и мысленно треснул себя по глупой башке.
– Мама поехала к моей старшей сестре, брат ушел на вечеринку, а я… А я не захотела на вечеринку.
– Понятно.
– Ничего вам не понятно! Просто там… Там будет один придурок… который…
– Который вас достает?
– Да.
– Ага! И поэтому вы разбили мобильник! Чтобы не доставал?
– Это не ваше дело!
Рик вдруг подумал, что до его прихода она сидела и рыдала над разбитым мобильником.
– Хорошо, хорошо! Но, может, мы с вами как-то все-таки отпразднуем это дело, а?
– Неплохая мысль! А то я хотела просто завалиться спать. У меня есть вино! Да и вы, наверно, голодный…
У него тотчас забурчало в животе. Элис забегала по дому, принося то одно, то другое.
– Открывайте!
Рик вытащил пробку, понюхал и поморщился – вино было так себе. Пока она суетилась, он разглядывал комнату – на стенах висели забавные акварели в рамках. Книжки на полках… открытый ноутбук на столе… Рик машинально ткнул пальцем в ENTER, и компьютер ожил. На экране он с изумлением увидел собственную фотографию – одну из лучших, любимую. Ему казалось, здесь он больше всего похож на самого себя – просто на Рика, а не на… кинозвезду. Хотя… какая там звезда. Пик популярности давным-давно прошел и, вспоминая ажиотаж, окружавший его в молодые годы, он тихо радовался, что безумные поклонницы – слава богу! – уже не кидаются на него с дикими воплями и не дежурят под дверью. Конечно, слава – вещь приятная, что ж лицемерить. Но очень обременительная. Сейчас он больше всего ценил покой и тишину, возможность побыть одному, поразмышлять… о тщете всего сущего. Он усмехнулся: «Чего-чего, а размышлений в последнее время у тебя было больше, чем достаточно!» И вот вам, пожалуйста! Фотография на экране! Он представил, как Элис каждый день, включая компьютер, смотрит на его лицо, и быстро закрыл крышку ноутбука.
Рик подумал, что она знает о нем очень много. Не все, конечно – только то, что могла вычитать в прессе. А он не знает о ней совершенно ничего! А вдруг… А вдруг она старая дева, помешавшаяся на Ричарде Аллене?! А что? Как раз так она и выглядела, когда открыла ему дверь! Этот чудовищный халат, две дурацкие косички… Кстати, волосы у нее необыкновенной красоты, нельзя не признать – золотистые, вьющиеся… Целая копна! Сейчас-то она, конечно, смотрится поприличней. Но все равно, совершенно непонятно, что там, под этим мешковатым свитерком и широкими серыми брюками. Какие-то ноги, конечно, есть. Ступни маленькие – Рик вдруг умилился ее синим шерстяным носочкам с вывязанными снежинками. Руки красивые… И кожа нежная… А как она мило краснеет!
– Так, что я еще забыла? – Элис наморщила лоб. – А! Есть же яблоки! И мандарины! Вы любите мандарины?
– Ну… в общем да.
– А я очень! Мандарины… они такие, – Элис вдруг заметила, что Рик ее разглядывает, и залилась румянцем.
– Оранжевые? – Рик улыбался.
– Перестаньте!
– Элис, я все хочу спросить, а кто вы? В смысле…
– Я поняла. Писательница.
– Писательница?! И что же вы сочиняете?
– Дамские романы! – ответила она злорадно, но, увидев выражение ужаса на лице Рика, засмеялась:
– Да я пошутила! Вообще-то я журналистка.
– Про кино пишете? – спросил он угрюмо.
– Про кулинарию в основном.
– А! Не дамские романы, так дамские журналы.
– На самом деле я ненавижу готовить. А еще я сочиняю сказки, сама делаю к ним картинки. Сейчас… Вот!
Рик взял пару тонких книжек.
– О! Да я же вас знаю! Это вы – Элис Белл?! Я сам покупал ваши книжки!
– Неужели? Для себя? Или для Мюриель?
– Для внучек. Они обожают ваши истории. Про Мышку-хромоножку – самая любимая. А этих у нас нет! Новые?
– У вас есть внучки?
– Да, я вообще-то уже старый, если вы не заметили. Видите – совершенно седой.
– Опять кокетничаете. Да и седина вам к лицу.
– Да ничего я не кокетничаю, что вы заладили… Та-ак! А вот это – что такое?
– Что?
– Вот это! – он показал Элис страницу книжки, где красовался смешной головастый человечек в цилиндре и мантии, имевший карикатурное, но неоспоримое сходство с Риком.
– Ну, это…
– Это мистер Крикбас! И почему это у него такой нос?!
– Какой такой?
– Вот такой! – и Рик вытянул голову вперед, демонстрируя свой нос.
– Ничего общего.
– Да он же – вылитый я!
– И ничего подобного!
– Нет, признайтесь, что вы нарисова…
Погас свет.
– Ого!
– Не волнуйтесь, у нас так часто бывает. Это из-за сильного ветра. Где-то есть свечи. Сейчас!
Пока она искала свечи, Рик сидел с книжками в руках, смотрел на огонь в камине и думал: «Нет, это все-таки очень странно. Очень! Чтобы именно Элис Белл…» Он с таким удовольствием читал девочкам ее сказки – смешные и милые истории, полные любви и мудрости. И рисунки забавные. И что бы она ни говорила, мистер Крикбас – просто его копия. Первыми заметили девчонки, а теперь уже и сын частенько называет его мистером Крикбасом – вспомнив о сыне, Рик вздохнул. Да, странно. Он как раз купил новую книжку – про Кошку в Зеленой Шапочке. Вез с собой, хотел позабавить Мюриель. Черт, портфель же потерялся где-то в грязи на склоне! Он совсем забыл про аварию...


Tags: Франсуаза я Саган, алан рикман, любовь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments