?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Портрет персонажа

1484778205

Еще один персонаж недописанного романа с условным названием "Нет рецепта для любви" (хотя оно мне нравится все больше и больше).

Итак - Вероника! Для друзей просто Ника.

В прошлый раз (Портрет персонажа. Отрывок из романа) вы познакомились с Валерой и Сонечкой - это отец Ники и ее мачеха.

На фотографиях (конечно же, вы узнали!) Керри Фишер в роли принцессы Леи из "Звездных войн" - именно такой я и представляла себе Нику.

Как говорит ее возлюбленный: "Хорошенькая маленькая женщина со взглядом ангела!"
А Ника только отмахивается: "Нашел тоже ангела!"

2104227176_2cedaa4a8c_o



...в небольшом офисе на седьмом этаже высотного здания, расположенного недалеко от метро Нагатинская, плакала женщина. У нее только что окончательно завис компьютер, и это оказалось последней каплей среди всяческих неурядиц сегодняшнего дня.

Веронике Валерьевне Заварзиной сегодня исполнилось сорок пять лет, и эта дата совершенно ее подкосила. Как это может быть? Когда успело пройти столько времени?! Она еще и не жила, а только собиралась – и вот, уже пятый десяток! А ей-то кажется, что она все та же восемнадцатилетняя девочка, которая мечтала «о морях и кораллах»! Никаких морей, никаких кораллов, да и кораблик ее оказался «из газеты вчерашней».

Выглядела Ника в свои сорок пять пусть и не на восемнадцать, но на тридцать пять – вполне: маленькая, стройненькая, с черными, коротко стрижеными волосами, очень белой кожей и яркими синими глазами, внешние уголки которых слегка опускались книзу, что придавало ей чрезвычайно трогательный и беззащитный вид. Если бы не короткая стрижка и не синие глаза, Ника была бы вылитая принцесса Лея из «Звездных войн»! Первым это заметил племянник Кузьма – для домашних просто Курзик. Он фанател от «Звездных войн», обожал принцессу и безуспешно упрашивал тетю Нику завести себе такую же прическу, как у Леи – с косой вокруг головы.

Собственная кукольная внешность Нику слегка раздражала, поскольку совсем не соответствовала ее решительному и упорному характеру, а порой и мешала в работе: Вероника Валерьевна была нотариусом, и клиенты иногда сомневались, способен ли этот божий одуванчик справиться с их проблемами. Но «одуванчик» был на самом деле очень опытным юристом, и прекрасно разбирался во всех заморочках, с которыми являлись клиенты.

Ей, конечно, хотелось бы стать повыше ростом – в семье Ника была самая маленькая: и мама, и отец, и младшие сестры смотрели на нее сверху вниз. А еще Веронике страшно не нравились собственные щеки – все казалось, что их слишком много, и время от времени она пыталась похудеть, хотя совсем не была толстушкой. Но щеки не сдавались, и она в конце концов махнула на них рукой – пусть!

«Но зато я похожа на маму Лизу!» – утешала себя Ника. Дело в том, что у нее было две мамы: Лиза и Соня. Та, что родила, и та, что вырастила. Ника всегда знала, что маме Соне она не родная. Да и как было не знать, когда фотография мамы Лизы висела на почетном месте, и отец иной раз стоял перед ней в задумчивости. И на кладбище к маме Лизе Ника ездила с самого детства – сначала с Соней или с бабушкой Леной, потом сама. Отец же всегда навещал могилу первой жены в одиночестве.

Бабушек у Ники тоже было две: баба Даша – Сонина мать, и бабушка Лена – мать Лизы. Бабушку Лену Ника не очень любила и даже слегка побаивалась – хорошо, виделись они не часто. Зато бабу Дашу Ника просто обожала, как и та ее. Да и как было не любить такого прелестного ребенка, как Вероника – куколка, настоящая куколка! Мама Соня наряжала ее в собственноручно сшитые платьица с оборками, а таких бантов, как у Ники, ни у кого на целом свете не было. Все родные лелеяли и баловали девочку, так рано оставшуюся без матери, что, как ни странно, нисколько ее не испортило и не сделало капризной эгоисткой. «Нежное сердечко, лучик света, девочка-улыбочка» – так называл ее отец.

Ника выросла умной, доброй, внимательной и заботливой девушкой, которая норовила всегда забежать вперед и предупредить малейшие желания близких. Но несмотря на наличие мачехи и двух сестер, Ника нисколько не напоминала Золушку: она невольно стала маленькой хозяйкой их большого дома – и отец, и мама Соня всегда прислушивались к ее мнению и спрашивали совета. И младшие сестры со всеми бедами сразу шли к Веронике, потому что довольно скоро вслед за ней научились скрывать свои неприятности от родителей: уж очень переживала мама Соня, да и отец тоже, хотя и старался не подавать виду.

Это была дружная и счастливая семья – каждая из сестер мечтала создать такую же, и ни у одной не получилось. Татьяна, средняя, долго не могла выйти замуж, хотя поклонников вокруг нее крутилось много, а потом вдруг нашла себе итальянца и уехала в Рим. Своих детей у нее не было, но сыновья мужа относились к ней неплохо. Манечка, самая младшая, находилась в долгих и мучительных отношениях с женатым мужчиной, который метался между двух женщин, ни в силах расстаться ни с одной из них. Манечкиному сыну Курзику недавно исполнилось двенадцать.
Родители, конечно, переживали за младших дочерей и радовались за Нику, у которой с виду все было в полном порядке: хорошая работа, шикарная квартира на Зубовском бульваре, прочная семья: муж – успешный бизнесмен, дочь – красавица. Но только Ника знала, что скрывается за этим блестящим фасадом. Она почти никогда не жаловалась родным, стараясь сама решать все свои проблемы. А их за двадцать с лишним лет брака накопилось достаточно.

В последнее время Ника чувствовала себя загнанной в тупик. Почти два года назад им с мужем на голову свалилась свекровь, которая сломала руку – хорошо, не шейку бедра! Из больницы Нинель Павловну привезли прямо к ним, она давно выздоровела, но съезжать обратно не собиралась. Собственно, она и не смогла бы – Нинель Павловне было уже под девяносто. Ника давно предлагала мужу нанять матери сиделку, но Миша категорически воспротивился: «Не хочу, чтобы за моей матерью ухаживал чужой человек!»

В результате за все больше впадающей в маразм свекровью ухаживала именно Ника – ежедневно звонила, навещала каждую неделю, возила еду, убиралась, помогала помыться, вызывала при необходимости врача, выслушивала бесконечно повторяющиеся рассказы и терпеливо отвечала на такие же бесконечные вопросы, а муж только страдальчески вздыхал: «Бедная мама!». И норовил поменьше с ней общаться, потому что общение обычно заканчивалось бурной ссорой с криками и последующим питьем валокордина. Кричал и пил валокордин муж, а свекровь, к счастью, все забывала через десять минут.

Конечно, с одной стороны, Нике стало значительно удобнее – не надо ездить на другой конец Москвы. Но, с другой стороны, работы у нее прибавилось неимоверно: приезжая к свекрови, Ника убиралась по-быстрому, не нарушая тот привычный порядок, а вернее, беспорядок, в котором жила Нинель Павловна. Теперь же этот беспорядок расползался по всей квартире, и Ника после работы только и делала, что ликвидировала последствия не всегда разумных действий свекрови: вытирала, мыла, перекладывала, перемывала, зашивала, собирала и выбрасывала.

Ника постоянно пребывала в раздражении: все ее разговоры о домработнице или сиделке муж пропускал мимо ушей, хотя по своим доходам мог нанять целую роту сиделок! Ника не собиралась платить домработнице из своих заработков, несравнимых с мужниными, но чувствовала, что к тому идет: мало того, что она каждый раз с боем вытрясает из него деньги на крупные хозяйственные нужды и наряды дочери, стараясь обходиться собственными силами, так теперь еще и свекровь ей придется содержать за свой счет?!

Свекровь резко сдала после пребывания в больнице – стала гораздо хуже слышать и соображать, но упорно лезла во все дырки и встревала во все разговоры, так что любимая внучка Алина скоро стала закрываться от бабушки в своей комнате, а муж совсем пропал на работе, появляясь дома ближе к ночи. Так что Ника принимала весь удар на себя. После очередной «аварии», случившейся с Нинель Павловной, Ника совершенно озверела: ей пришлось перемыть полквартиры, начиная с туалета. Дождавшись мужа, она устроила ему небольшой скандальчик, требуя вернуть маму домой и нанять ей сиделку:

– Я вам не домработница! И не нянька! – кричала Ника. – Вы с Алиной палец о палец не ударите, а я должна бегать за вами с тарелками и тряпками, а теперь еще и дерьмо подтирать за твоей мамой! Я устала!
– Я, что ли, буду подтирать?! Я работаю, между прочим! Деньги зарабатываю!
– Вот и найми человека! Я тоже работаю!
– Могла бы и не работать!
– Ну да, окончательно превратиться в уборщицу?! Еще не хватало!
– Конечно, ты такая деловая! Можно подумать! А со своей дочерью сама разбирайся! Вырастила лентяйку!
– Я вырастила?! А ты не причем?!

Нику просто бесила эта Мишина манера: мгновенно отрекаться от провинившейся в чем-нибудь Алины, которая в обычное время была обожаемой папиной принцессой. «Твоя дочь!» – говорил он и умывал руки. В этот день они доорались до того, что Ника чуть было не ушла из дома, в таком бешенстве она пребывала:

– К чёрту! Хватит с меня! Живите, как хотите, а я ухожу! Пусть твоя мать остается, а я перееду туда!
– Куда?! – изумился муж. – В ее квартиру?!
– Это, вообще-то, моя квартира, если ты позабыл!

Именно из-за этой квартиры и случился их первый с Мишей кризис, из которого они выбрались с большим трудом. Поженились они по любви, и Ника была преисполнена благих намерений и самых радужных надежд: Миша Заварзин казался ей той самой каменной стеной, о которой мечтает любая женщина – взрослый, умный, серьезный, перспективный, обеспеченный, воспитанный и привлекательный. Но в нагрузку к этому «подарочному набору» прилагалась Мишина мама, с которой им предстояло существовать вместе.

Большая трехкомнатная квартира на Зубовском бульваре была предметом особой гордости Нинель Павловны – Садовое кольцо, практически Центр! Дышать, правда, в этом Центре совершенно нечем: днем и ночью грохочут автомобили на Садовом – еще счастье, что одна из комнат (самая большая) выходит окнами во двор. Конечно, именно там и жила Нинель Павловна в окружении антикварной мебели, ковров, хрустальных вазочек, вышитых крестиком подушечек, плюшевых собачек, фарфоровых куколок и фотографий незабвенного мужа Аристарха Филипповича, который, как не сразу поняла Ника, скончался уже лет десять тому назад, а вовсе не в прошлом году.

Нинель Павловна с успехом играла роль безутешной вдовы, хотя кавалеров, желающих ее развлечь, было предостаточно. Когда юная Ника вошла в семью, свекрови едва перевалило за шестьдесят, и выглядела она великолепно: не особенно красивая, но весьма женственная и кокетливая, она умела привлечь к себе мужское внимание. Нинель Павловна за всю свою жизнь не работала ни дня: Аристарх Филиппович, важный «номенклатурный работник», полностью обеспечивал ее запросы. Домашним хозяйством она тоже не утруждалась – в семье всегда были домработницы и разного рода приживалки. После мужа остались приличные накопления и связи, так что будущее сына было надежно обеспечено.

«Ах, – восклицала Нинель Павловна, – я всю себя посвятила Мишеньке, просто всю себя!». Мишенька при этом слегка морщился и отворачивался: на самом деле Нинель Павловна всегда занималась только и исключительно собой. Ника первый раз столкнулась с таким явлением, как Нинель Павловна, и не сразу осознала, что Мишина мама просто самовлюбленная эгоистка, капризная стерва и паталогическая врунья! Хотя, наверно, вруньей ее называть было неправильно: свекровь свято верила собственным измышлениям и фантазиям – правда, все они каким-то удивительным образом играли ей на пользу.

Надо сказать, что Нинель Павловна тоже обманулась в невестке: маленькая и хорошенькая Ника показалась ей безобидной и кроткой куколкой, но очень скоро выяснилось, что за ангельской внешностью скрываются крепкий характер и ясный ум. Первым пробным камнем стала уборка квартиры: Нинель Павловна как раз поругалась с очередной приживалкой, и попыталась свалить на Нику все домашнее хозяйство. Ника работала, училась на вечернем, и убивать все свободное время на уборку не собиралась. К тому же она не понимала, что мешает не работающей, здоровой и не сильно еще старой женщине самой взять тряпку в руки?!

Конечно, их с Мишей «любовная лодка» не сразу разбилась о быт, но первая течь появилась именно тогда. Довольно скоро между свекровью и невесткой началась холодная война – Миша самоустранился, стараясь не слушать жалобы Нинель Павловны: он любил Нику и слишком хорошо знал собственную маму с ее неуемной фантазией. Ника же старалась не жаловаться и избегала общения со свекровью, как только могла.

Это было тяжелое для молодой семьи время: поженились Заварзины накануне Перестройки, которая изменила весь расклад – прежние связи рухнули, а накопления сожрали дефолты и реформы, так что Мише пришлось начинать свой бизнес практически с нуля. В это время Ника оформила опекунство над бабушкой Леной, которой уже исполнилось восемьдесят, и надеялась, что когда-нибудь они с Мишей смогут съехать с Зубовского бульвара и поселиться в доме на Чистых прудах, где появилась на свет и выросла ее мама Лиза.

Бабушка Лена умерла, когда Ника была на восьмом месяце беременности – после двух выкидышей это стало настоящим чудом! Родители Ники сами сделали ремонт в бабушкиной квартире, и Ника планировала после родов переехать туда, но из роддома муж привез ее обратно на Зубовский бульвар: последний месяц Ника лежала на сохранении, и за это время свекровь сама переехала на Чистые пруды. У Ники случилась истерика:

– Это моя квартира! – кричала она на Мишу, который только страдальчески морщился. – Как она посмела?! Почему ты пошел у нее на поводу?!
– Она сказала, ты не против! И вообще, все к лучшему – эта квартира больше, и мы будем тут одни, как ты всегда и хотела!
– Мы с ней вообще это не обсуждали! Никогда!

Ника так разъярилась, что позвонила отцу с просьбой забрать ее домой – и уехала. С Алиной на руках и с двумя сумками, полными детского барахла. Она прожила у родителей полтора месяца, а Миша каждый день умолял ее вернуться. В конце концов, общими усилиями ее уговорили, и Ника вернулась на Зубовский бульвар, хотя простить Мишу не могла еще долго, а со свекровью не разговаривала несколько лет...


Comments

( 9 comments — Leave a comment )
mama_zima2013
Oct. 3rd, 2017 05:41 am (UTC)
Очень похоже на дочек одних моих знакомых.
tubilets
Oct. 9th, 2017 08:16 am (UTC)
вот есть вопрос простите. получается они поженились когда муж уже был взрослым мужчиной. а были ли у него отношения с кем-то до Ники? может он был разведен или под маминым влиянием рос маменькиным сынком?
тогда как он женился, в смысле как мама его отпустила. тут я теряюсь в догадках.
je_nny
Oct. 9th, 2017 09:11 am (UTC)
Ну, он всего-то на восемь, что ли, лет старше Ники!
И потом, эти мамины заявления на самом деле один художественный свист: она занималась всегда только собой, так что Миша вообще-то жил, как хотел, маме не рассказывая!
tubilets
Oct. 9th, 2017 10:40 am (UTC)
ага! т.е. у него были несерьезные отношения, но с Никой он решил связать свою жизнь
je_nny
Oct. 9th, 2017 11:13 am (UTC)
Вот в следующем году выйдет роман, тогда все и узнаете! ))))
Миша с Никой даже не самые главные герои
tubilets
Oct. 22nd, 2017 01:12 pm (UTC)
жаль что Ника не главная, мне она успела понравится, а вот Миша глубоко мне не симпатичен, хочется вывести его на чистую воду
je_nny
Oct. 22nd, 2017 01:47 pm (UTC)
Ну, она вторая главная героиня, скажем так!
tubilets
Oct. 22nd, 2017 02:53 pm (UTC)
нет нет, не рассказывайте мне ничего заранее
только сам текст:)
je_nny
Oct. 22nd, 2017 02:54 pm (UTC)
ни за что не расскажу! )))
( 9 comments — Leave a comment )

Latest Month

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Tags

Powered by LiveJournal.com