?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry


Anne Patay_https://ru.pinterest.com/pin/390194755206421677/

"Ловушка для бабочек":

Вечером она сидит в кресле-качалке, любуется закатом.
Теплый воздух, аромат роз, книга на коленях.

Димитрий смотрит на нее из окна. О чем она думает?

Он такой умный, думает Лиза, такой умный! Столько всего знает… так интересно рассказывает… такой пунктуальный, у него все по полочкам, по папочкам, по ящичкам… Многоуважаемый шкаф!

Все-то его ящички она умеет открыть, даже самые тайные, найти все папочки. Дорогая, ты не знаешь, куда я мог положить… Вскакивает, бежит, да он и сам бы достал, ты только скажи – где, нет, уже принесла, спасибо, милая! Она стирает и гладит его рубашки, у него каждый день свежая рубашка, без нее он так и ходил бы в одной и той же до скончания века, она покупает ему галстуки, научилась завязывать. Днем ей некогда присесть, у нее столько дел! Печатать, работать в саду, ходить в магазины, стирать рубашки… Милая девочка! Идеальная жена. Он бы пропал без нее, просто пропал бы!

Жила-была птичка.
Маленькая птичка в большой клетке.
Клетка была такая большая – птичка даже не догадывалась, что живет в клетке…



Tricoteuse by Ji Yeon Sung
https://ru.pinterest.com/pin/390194755194535043/

"Круги по воде" - книга первая "К другому берегу":

В конце концов, Марина как-то сумела загнать горе в глубину души, где оно лежало черным ледяным камнем, замораживая – или выжигая – ее изнутри. Вадима она старалась избегать, но он все время маячил на горизонте, как маячит неподвижная луна в окне быстро идущего поезда. Она даже не думала про Алексея – думала, конечно же, думала! Но как о чем-то совершенно недоступном, как о той же луне – думай-не думай, что толку.

Она брела по жизни, словно сомнамбула, спасаясь одной только поэзией, сутками повторяя, как заклинание, какие-нибудь привязавшиеся строки, бессознательно переиначивая их, прилаживая к своей больной душе, заговаривая боль. Она машинально убиралась в квартире, машинально разбирала книжные полки и антресоли, выбрасывая какое-то накопленное за всю жизнь барахло, и прилежно вязала бесконечную шаль – шевеля губами, считала петли и чувствовала себя одной из Мойр: Клото пряла нить человеческой жизни, Лахезис распределяла судьбу, Атропос перерезала нить жизни, а она сама – четвертая, не предусмотренная мифологией – запутывала нить судьбы, заплетая ее в кружева...



Геннадий Блохин_https://ru.pinterest.com/pin/390194755199713728/

"Другая женщина" - часть третья "Женщина на миллион":

Как похоронили Валечку, как, что – ничего не заметил, как в тумане все было. Переехал обратно в общагу, работал, даже не пил. Потом начал. И тоже, как на работу, ходил по очереди: то на кладбище к Валечке, то к сыну в роддом, то к Валечкиному дому, в тот переулок проклятый. Долго ходил, но, наконец, увидел машину – бежевую «Волгу». И номера те самые, и водитель. Едет себе, как ни в чем не бывало. Проследил за ним – тот свернул направо и встал в закоулке, машину оставил, а сам пошел в арку, Чембарцев – за ним: ага, падла! К любовнице, не иначе! Мужик был, как ему по молодости показалось, уже старый – лет сорока. В шляпе, в хорошем пальто, кашне белое развевается. Почему-то это кашне прямо взбесило Чембарцева. Ну ладно, погоди. Дождался в арке, пока обратно пойдет, спросил культурно:

– Товарищ, прикурить не найдется? – и шагнул к нему из тени. Тот шарахнулся:
– Я не курю!

Чембарцев сгреб его, ухватил за кашне и подтащил к закрытой намертво двери, там углубление небольшое было в стене, туда и втащил. Притиснул к двери и заточку к горлу приставил:

– Только пикни – пришью!

Тот сразу затрясся, забормотал шепотом, выпучив глаза:

– Возьмите, возьмите, вот, кошелек, часы, только не надо, не надо!
– Умолкни! Узнаешь меня?
– Нет! Нет, я не знаю вас, нет…
– А, сволочь! Ты жену мою убил, и не помнишь?!
– Я никого… никого… вы обоз… обознались…
– Машиной сбил! Тут, рядом, в переулке! В марте? Не помнишь?!

И увидел, что тот вспомнил. Затрясся еще больше, завизжал:

– Нет, нет! Я не сбивал! Она сама упала! Сама!
– Да если б не ты, она б не упала! Она беременная была, ты не заметил что ль?! На седьмом месяце! Что ж ты, гад, не остановился, а? Я ж тебе кричал! Если б ее сразу… в больницу… она выжила бы! Почему ты не остановился, сволочь?! Почему?!
– Я… испугался… Простите… Я не хотел, чтоб так вышло… Простите…

Руки у Чембарцева тряслись, заточка царапала мужику горло – тоненькая струйка крови стекала на белое кашне…

Это была последняя секунда, когда он мог остановиться.
Всю оставшуюся жизнь мучил Чембарцева навязчивый сон: вот он отводит заточку, изо всех сил бьет мужика кулаком в лицо и говорит: «Живи, сука! Если сможешь!». И уходит. И сам живет дальше. Потому что он умер вместе с этим мужиком – там, в подворотне! Только не сразу это понял.

Joke Frima  (b.1952) —  Naked Ladies, 2010 (1349×2400)
Joke Frima_https://ru.pinterest.com/pin/390194755204828929/

"Нет рецепта для любви":

– Поваром?! – удивилась Ника.
– Шеф-поваром! Вы знаете, что лучшие повара – мужчины? Мне очень нравится готовить, как-нибудь я вас угощу своим фирменным блюдом – чахохбили!
– Вы любите грузинскую кухню?
– Не только грузинскую. Я собираю разные рецепты. Давно, еще со школы. Мама работала много, а я был на хозяйстве. «Кухонный мужичок», так мама шутила!
– А почему же вы сразу не пошли в повара?
– Не хотел маму огорчать! Она учительница литературы, так что профессия повара ей казалась какой-то… несерьезной. И Ольга Петровна не одобряла. Ольга Петровна это… сложно объяснить! Ну, скажем, наша родственница, почти бабушка. Тоже учительница, только математики. Ну вот, я и стал программистом. А готовка так, хобби. У меня, знаете, сколько кулинарных книжек! Даже Молоховец есть! Прижизненное издание, с ятями. Истрепалась вся, правда. Там такие забавные рецепты! Одни названия чего стоят! «Испанский ветер», например. Или «Баба капризная»!
– А что это?
– «Испанский ветер» – это такое пирожное: безе с миндалем. Я раз делал, вкусно.
– А «Капризная баба»?
– Булочка сдобная! Как ромовая баба – знаете? А капризная она потому, что трудна в приготовлении. Малаховец пишет, что баба чрезвычайно вкусна, когда удается, но редко удается. У меня вроде как получилась, маме понравилось.
– Вы очень любите маму, да?
– Да. Нас только двое, никого больше нет.
– Ой, а нас много! У меня еще две сестры, племянник!
– А дети у вас есть?
– Дочь… – и Ника вздохнула. – Алина. Сложный ребенок. Мне с ней трудно. Знаете, я выросла в очень теплой семье. Мы все старались помогать друг другу. Даже не надо было просить о чем-то – каждый сам знал, что сделать для другого. Такие дни рождения устраивали, домашние спектакли, сюрпризы, розыгрыши! А когда замуж вышла… Понимаете, я не жду никакой особой благодарности, но… Все, что я делаю, принимается, как должное. Мне кажется, меня и замечают только тогда, когда обед не успела сварить, например. Муж меня даже по имени не называет! Так, междометиями обходится. И дочь… Да что это я?! Загрузила вас своими проблемами!
– Ничего страшного. Я рад был с вами поговорить. Моя жизнь тоже не слишком веселая, – Артём вдруг поднялся. – Вы знаете, я вспомнил: у меня кое-что есть для вас! Я быстро! Не уходите, хорошо?
– Ладно, – улыбнулась Ника: что он еще придумал? Артём действительно вернулся очень быстро – Ника так и ахнула, увидев у него в руке два больших красных цветка на одном длинном стебле:
– Амариллис! Какой красивый! Откуда вы его взяли? А-а! – догадалась она. – Срезали? Где ж такой расцвел?
– Места надо знать.
– Спасибо! Это так мило, – Ника пристроила цветок в банку с водой и поставила на окно. – Но какой же красивый! Красный цвет – это праздник души, правда?

Она обернулась к Артёму, глаза ее сияли просто нестерпимой синевой.

– С днем рождения! – сказал Артём и поцеловал Нику в щеку, вполне невинно, а Ника, поддавшись порыву, привстала на цыпочки и тоже чмокнула его, попав в уголок рта. И в этот момент с ними случилось что-то странное: пространство свернулось в тугой кокон, притянув их друг к другу. Ника не сразу осознала, что не только позволяет Артёму обнимать себя и целовать, но и сама весьма пылко ему отвечает! С трудом оторвавшись от губ Ники, Артём не отпустил ее – они никак не могли разомкнуть объятий. Потом Ника тихо сказала:

– Лучше всего, если ты прямо сейчас уйдешь. Немедленно.

Артём отступил на шаг и скрылся за дверью, а Ника плюхнулась на стул и некоторое время растерянно моргала. Потом кое-как собрала себя по частям и вышла из офиса, осторожно оглядевшись по сторонам: больше всего она боялась, что Артём ждет ее где-нибудь за углом. Но никакого Артёма на горизонте не наблюдалось, и Ника беспрепятственно добралась до машины. Она села за руль, рассеянно посмотрела на ключи, зажатые в руке, и задумчиво сказала сама себе: «День рождения явно удался!». А потом вдруг рассмеялась и никак не могла остановиться...

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
hhhhhhhhl
Oct. 9th, 2017 08:38 am (UTC)
Чудесно, Ваши иллюстрации лучшие!
Так много всего уже, Вы прямо настоящий писатель...
je_nny
Oct. 9th, 2017 09:09 am (UTC)
Сама удивляюсь! )))
7 романов за два года издано...
Только заначка заканчивается - на 2018 хватит, а дальше...
Надо срочно писать.
( 2 comments — Leave a comment )

Latest Month

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com