je_nny (je_nny) wrote,
je_nny
je_nny

Categories:

Отрывок из "Лизы во фритюре" - история про мануфактурку



Тут мне рассказали дивную музейную историю, достойную "Лизы во фритюре", а пока я ее обдумываю, напомню вам эпизод из "Лизы", тоже музейный! :)

Крошка Ню по настоятельным просьбам трудящихся рассказала свою коронную историю про мануфактурку. Эту историю она рассказывала каждый раз, и некоторые гости уже знали ее наизусть.

– А мы не знаем, мы не знаем!
– Расскажи про мануфактурку! – заверещали Мелкие.

А история была такая.

Когда Крошка Ню волею судьбы, а вернее, приказом директора, оказалась причастна к Выставке Революционного Плаката, она и не подозревала, как все обернется. Начиналось все как обычно: монтаж, открытие, речь Зама по науке, целиком посвященная огромному вкладу строителей, всего на 2 недели позже установленного срока закончивших реставрацию залов, отведенных под Выставку; прочувствованное выступление Савелия Платоновича, толпа посетителей на открытии и пустые залы после… Все как всегда.



Но совершенно неожиданно Выставка Революционного Плаката (ВРП) получила необыкновенный международный резонанс. В один прекрасный летний день, спасаясь от проливного дождя, в музей забрел житель Центральной Африки по имени Идриса. Он некогда окончил Университет имени Патриса Лумумбы, а в настоящее время был министром культуры в своей стране, название которой выговорить во всем музее мог лишь один Зам по науке. Поэтому все называли ее условно Эфиопией. Говорят, что этот псевдоним родила уборщица, вымывавшая Идрису из туалета шваброй по ногам, и обозвавшая его «проклятым ефиопом».

В Москву Идриса приехал не то навестить своих московских родственников, не то отдохнуть от эфиопских – и тех, и других у него было великое множество. А может быть, в Москву он приехал погреться: он уверял, что у них в Центральной Африке гораздо прохладней. Выставка Революционного плаката поразила его в самое сердце. Очевидно, в ярких красках и экспрессивных образах было что-то близкое эфиопской душе. Оформили контракт, и ВРП повезли в Африку. Примечательно, что название «Эфиопия» настолько внедрилось в сознание музейных работников, что и виза была оформлена в Эфиопию, и билеты куплены до Аддис-Абебы! Повезла ВРП Нина Юрьевна. Прибыв в Аддис-Абебу, она с удивлением обнаружила, что это несколько не та страна, с которой заключен контракт! Хорошо, что Крошка Ню прекрасно владела английским языком.

Короче, счет за телефонные разговоры Нины Юрьевны с Москвой, Москвы с Аддис-Абебой и Аддис-Абебы с Идрисой был колоссальным! В результате сложных многосторонних переговоров ВРП наконец прибыла к месту своего действительного назначения, и Крошка Ню, развесив плакаты в фойе местного кинотеатра – единственного приличного здания после Дома правительства, отправилась в отель отдохнуть. Несмотря на то, что в номере вместе с ней проживали две ящерицы, несколько пауков и целая балетная труппа каких-то длинноногих насекомых, Ню хорошо выспалась и отдохнула.

На следующее утро Крошка Ню пришла проведать родные плакаты и обнаружила, что один из них висит вниз головой. Решив, что плакат нечаянно оторвался, и его повесили, как сумели, не разобравшись, где – верх, а где – низ, Нина Юрьевна сняла плакат со стены. В процессе перевешивания она вдруг обнаружила, что в плакате чего-то не хватает! А именно, как она выразилась, мануфактурки! Дело в том, что все плакаты для пущей сохранности были наклеены на тонкую белую хлопчатобумажную тканечку. А на этом плакате никакой тканечки-мануфактурки не наблюдалось! В ужасе пересмотрев обороты всех плакатов, Нина Юрьевна не нашла никакой мануфактурки еще на пяти плакатах!

Нина Юрьевна вызвала для объяснений Идрису. Идриса пришел и провел расследование среди единственного работника данного выставочного помещения, который одновременно был и кассиром кинотеатра, и билетером, и уборщиком, и сторожем. Веселый лысый негр в рубашке с надписью «Netto» на груди и «Brutto» на спине что-то долго объяснял Идрисе, размахивая метлой из пальмовых листьев.

– Э-э-э! – обратился Идриса к Нине Юрьевне, – Видите ли, у нас в наша страна нет много мануфактура. Поэтому наша народ ходит немного голый. У ваша страна есть много мануфактура. Если ваша великий страна даст немного мануфактура наша малый страна, это будет мир-дружба, нет?

Опять пошли телефонные переговоры с Москвой. Москва категорически сказала, никакой мануфактуры этим эфиопам не давать! Поэтому к каждому плакату поставили вооруженного часового, задействовав практически все военные силы данной страны, а Нине Юрьевне пришлось дневать и ночевать на выставке, так как вооруженным силам она не доверяла еще больше, чем кассиру-билетеру-уборщику-сторожу.

В общем, когда Ню возвращалась на Родину, она везла с собой на 5 плакатов меньше: плакаты, лишенные мануфактурки, эти «эфиопы» оставили себе в качестве вещественного доказательства совершенного преступления!

– И что?!
– Да ничего! Так до сих пор и расследуют.
– А плакаты?
– Музей до сих пор с ними переписывается по этому поводу!
– Да-а! – сказали все. – Вот тебе и мануфактурка!

Лиза во фритюре на Ридеро
https://ridero.ru/books/liza_vo_frityure/
Tags: Лиза Во Фритюре, Франсуаза я Саган, музейные байки, юмор
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment