Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

я

Все, что вы хотели узнать обо мне, но боялись спросить!

прочие
брошюрыдва сборника

Книги издательства ЭКСМО  2016-2018:



2019 и 2020:


Фейсбук: https://www.facebook.com/jenny.perova
Инстаграмм: https://www.instagram.com/je_nny112/?hl=ru
Яндекс-Дзен: https://zen.yandex.ru/evgeniya_perova
Самиздат: http://samlib.ru/p/perowa_e_g/
Книгозавр: http://knigozavr.ru/2012/10/20/imennoj-ukazatel-dzhenni-perova/

Евгения Перова на сайте ЭКСМО
Мои книги в Интернет-магазине ЭКСМО
Аудиокниги
Мои книги:  На livelib     В Лабиринте     На Озоне   На ЛитРесе
Первые издания: Ловушка Для Бабочек на ЛуЛу     Друг Детства на ЛуЛу
Сайт книги Лиза Во Фритюре на Ридеро (ссылки на интернет-магазины)

Евгения Перова в программе Книжный базар на радио Наше Подмосковье (аудио)
Автор читает свои произведения (аудио)
Мои видео

Музейная деятельность
Видео Видео - доклад на семинаре Исторического музея в рамках Интермузея-2017: "ОСОБЕННОСТИ ХРАНЕНИЯ И ЭКСПОНИРОВАНИЯ ГРАФИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ"
http://mediashm.ru/?p=10178#10178

Collapse )
пишу

Книги 2020 года издания



Автор рассказывает о двух книгах - переиздание романа "Только ты одна" и новый сборник "Связанные любовью"
пишу

От Пастели до Лизы Во Фртиюре



Автор рассказывает о своих книгах, изданных до ЭКСМО:
Пастель. История. Техника. Реставрация. Атрибуция. Издание ВХНРЦ им. И.Э. Грабаря. М. 2006
«Несть бо власть аще не от Бога» : очерк // Бремя власти : сборник историко-литературных произведений. Серия «Перекрестки истории». М. 2007
"Друг детства" (Евдокия)
"Ловушка для бабочек" (Евдокия)
"Лиза во фритюре" (Ридеро)
ой!

Лиза во фритюре на Самиздате



Народ, я выставила на Самиздате всю "Лизу во фритюре" - можно скачать совершенно бесплатно в формате fb2.
http://samlib.ru/p/perowa_e_g/indexdate.shtml

Там вроде бы не надо регистрироваться для скачки.
Это последний вариант!
Содержание:

Лиза во фритюре
Марш Мендельсона
Путешествие профессионалов
Зал ожидания
Фуа-гра с Волошиным
Баобабы и пепелацы
Лиза и Агапова едут на дачу

Купить бумажную книгу можно здесь (предыдущий вариант текста):
https://ridero.ru/books/liza_vo_frityure/
глазик

Тяжелый свет Куртейна



Читаю "Тяжелый свет Куртейна" Макса Фрая, уже второй том "Зеленого" к концу подходит, а сколько ждать третий том, неизвестно, эх...
Это удивительное чтение.
Сначала мне казалось: что-то вроде "Сказок старого Вильнюса": - короткие истории о Двух Сторонах одного города, не связанные общим сюжетом. Но оказалось, еще как связаны - и не только сюжетами и персонажами (их много), а общим смыслом...
Ну надо же! Еще пару часов назад я четко сформулировала этот смысл, а сейчас не могу вспомнить - пустота в голове на этом месте. Что ж, может, так и задумано, чтобы каждый читатель этот смысл находил сам.
А! Вспомнила!
Для меня этот смысл - даже так: Смысл! - заключается в том, что Жизнь Сознания бесконечна. Значит, и Жизнь вообще. Я придумала это для себя лет в четырнадцать, и с годами только укреплялась в этой вере, а теперь вот нашла подтверждение у Макса Фрая. Этот Смысл - во всех книгах Фрая.
То, что остается от тебя, если вычесть телесность и память, и есть ты настоящий. Я это испытала на себе. То есть немножко заглянула - на Ту Сторону, на Изнанку или, наоборот, в настоящую Реальность, где я - просто я.
Жалко, что мы с Фраем в нашей реальности не нашли общего языка. Это примерно как двое зрячих в стране слепых шарахались бы друг от друга. Возможно потому, что я все-таки не очень зрячая. Ну, как есть - так и есть, что ж теперь.
И еще про сюжет!
Для меня он стал понятен только где-то к концу "Синего". Стало понятно, что сюжет вообще есть. Вернее, множество сюжетов, тесно переплетенных между собой и пульсирующих вспышками света: то синего, то желтого, то зеленого...
А зеленый - это сумма синего и желтого.
Никакой это не роман.
Не знаю, что это.
Наверно, просто Свет.
Тяжелый Свет Куртейна.

.........

Цитата:

– Пока твои близкие знают, что с тобой всё в порядке, они своей уверенностью поддерживают тебя в состоянии благополучия. А если узнают, что ты в беде, будут, сами того не желая, поддерживать тебя своим знанием в позиции беды. Понимаешь, о чём я?
– Наверное да, – удивлённо сказал Эдо. – Я же чувствовал, что это так! Всегда о себе только самые крутые штуки рассказывал, иногда даже привирал – не для того, чтобы меня больше любили и уважали, а в смутной надежде, что если поверят, мне будет легко превратиться в придуманный вариант себя. И старался не жаловаться, как бы меня ни скрутило. Если можно было скрыть, что мои дела плохи, всеми силами это скрывал, как будто пока никто об этом не знает, беда бедой не считается. Так, ерунда, не заслуживающий внимания эпизод.
– Ну надо же, действительно понимаешь! – обрадовался Сайрус.

Макс Фрай. Тяжелый свет Куртейна. Зеленый

...

Интересно! Мне это в голову не приходило. Я тоже стараюсь не жаловаться, но, конечно, плохо получается. Тяжело все всегда держать в себе. А тут вот в ФБ расскажешь и знаешь, что никто особенно переживать не станет, все в общем-то чужие люди. Посочувствуют и на том спасибо.
И еще про жалобы! Вернее, наоборот, про то, что я не очень умею радоваться. Это с детства идет - убеждение, что за радость тебя непременно накажут. Не знаю, кто. Не близкие, нет. Мироздание. Для общего равновесия: вот только что ты был счастлив, так получай порцию негатива. Как-то так. Поэтому на всякий случай всегда не слишком радуюсь, мало ли что. Это я имею в виду собственные какие-то достижения и удачи.
А так вообще радоваться надо! Особенно тому хорошему, что не с тобой случилось - с другим человеком, даже незнакомым, с природой, с городом. Потому что негатив и так сам собой возьмется, а радость надо добавлять. По мере сил. Я так думаю.
тайна

Таллинн 1974



Таллинн, 1974 год - я в центре группы в белой шапке, передо мной мужик в кепке и мужик в шляпе.

Строго говоря, Таллин – в то время еще без второй буквы «н» на конце – нельзя было назвать заграницей. Эстония входила в состав «Союза нерушимого республик свободных», и до истинной свободы ее отделяло двадцать с лишним лет. Но Прибалтика всегда воспринималась советскими гражданами как некий аналог заграницы – да и все зарубежные сцены наших фильмов снимались обычно там.

Итак, начало 1970-х годов. Я работаю библиотекарем в Московском радиоприборостроительном техникуме, мне двадцать с небольшим лет, и путешествие на экскурсионном поезде по маршруту «Псков – Таллин» – моя первая самостоятельная поездка, от которой, к сожалению, в памяти почти ничего не осталось, кроме каких-то глупостей.

Первая глупость: перед самым отъездом у меня сломались замочки молний на обоих сапогах (дело было поздней осенью). Других сапог у меня не имелось, поэтому я остроумно заменила замочки скрепками, которые сцепились между собой, когда я с дорожной сумкой ехала в метро – на глазах изумленной публики я крайне неприлично полезла рукой себе под подол и расцепила скрепки.

Последняя глупость: я, поддавшись уговорам спутниц (а мы промокли и замерзли), в последний день неосторожно выпила стопку водки вечером в ресторане Пскова. Рядом в зале гуляла какая-то известная футбольная команда. Больше я не помню ничего. Наверное, я как-то добралась до вокзала и вернулась домой из Пскова, поскольку пишу все это, но подробности процесса мне неведомы!

Что же все-таки помню?

Помню – по дороге «туда», естественно! – разговоры моих спутниц, преподавательниц техникума, взрослых теток (которые, поди, были моложе меня нынешней): они обсуждали роман Константина Симонова с Валентиной Серовой, и одна знала наизусть все стихи, посвященные Серовой. Из этой темы естественным образом перешли на проблемы любви. Одна из дам – та, что читала стихи – просто потрясла меня подробностями своей семейной жизни: она обращалась к мужу на «вы», вилась вокруг него ужом и трепетала, боясь не угодить. У меня в душе сразу же зашевелились какие-то возмущенные феминистские (как бы сейчас это назвали) эмоции.

Помню Псков – серебряный, сказочный, в инее от раннего морозца.

Помню монастырь в Изборске, где экскурсантов донимал речами местный юродивый, вещавший, как ему и положено, о скором конце света – местные экскурсоводы привычно повышали голос, приближаясь к месту его дислокации.

Ну и, конечно, Таллин – действительно заграничный!
Все, кто ездил в Прибалтику (а в реальной загранице мало кто бывал в то время), первым делом отмечали поражающий совковых россиян факт: они не переходят улицу, когда для пешеходов горит красный, даже если на горизонте не видно ни одной машины! Ну точно, заграничные прибамбасы! У нормального человека это не укладывалось в голове: чего стоять-то перед пустой улицей?! Ну, мы и не стояли – перебегали, ловя брезгливые взгляды аборигенов.

Помню узкие улочки, башни и костелы, белок в парке… Я купила смешного мехового котенка (сшитого из кусочков чернобурки или песца) – он долго кивал головой у меня в книжном шкафу, пока не знаю куда делся…

Нас вкусно накормили в ресторане (мясо в соусе просто таяло во рту), а я стеснялась, не умея правильно пользоваться приборами – нож в правой, вилка в левой, кошмар…

Так я толком и не научилась и, обедая в кафе, применяю американский способ: они сразу нарезают мясо на кусочки, чтобы не морочиться, и спокойно себе держат вилку в правой руке! Не помню, где я вычитала этот факт про американский способ питания, но держусь его твердо.

Кстати о застенчивости, расскажу здесь про мою юную маму – они с подругой обедали в столовой, взяли сардельки, к ним за столик сел молодой человек, а они не знали, как правильно есть эти сардельки – с кожицей или снимать ее – поэтому ОСТАВИЛИ САРДЕЛЬКИ НЕ СЪЕДЕННЫМИ И УШЛИ! А ведь это было в послевоенные голодные годы.

Не лучше были и мы с подругой, когда в кафе в Лейпциге хотели было заказать спагетти. Хотела, вообще-то, подруга, а я ее отговаривала: как мы их есть-то будем? За соседним столиком как раз какая-то наголо бритая с серьгой в носу девица бойко управлялась при помощи вилки и специальной ложки – мы посмотрели и решили: ну их, эти спагетти! Что мы, макарон не ели?

:)
ой!

Сказки старого Вильнюса



Читаю "Сказки Старого Вильнюса" Макса Фрая - и вспомнила, что я ж тоже была в Вильнюсе! Давно и недолго, но мои тамошние приключения вполне вписываются в атмосферу "Сказок".

В начале 1990-х литовские коллеги-реставраторы пригласили нас на конференцию в Вильнюс. Я, кажется, впервые участвовала в подобном мероприятии и страшно всего боялась - еще бы, там были все грабаревские "графини", начиная с Костиковой, возглавлявшей Аттестационную комиссию! Еще была, например, И.А. Родимцева - директор Музеев Московского Кремля, а в одном номере со мной жила дама, возглавлявшая Киевский Центр реставрации. А тут я - даже не начальник никакой! Кажется, я тогда заведовала мастерской реставрации графики (4 человека)? Наверно. Не помню.

Официальными языками конференции были литовский и английский. Поскольку, мы не понимали ни того, ни другого, почти тут же покинули заседание и пошли гулять по Вильнюсу, возвращаясь только к культурной программе. В качестве моральной компенсации нас свозили в Тракайский замок, где развлекали прекрасной программой: молодые люди в исторических костюмах танцевали старинные танцы со свечами. Волшебное зрелище!

Мы были заранее запуганы слухами, что литовцы нас, русских, ненавидят, поэтому старались маскироваться: мы гуляли втроем – две девушки и молодой человек, который очень артистично умел произносить на английский манер «Ah-hha», чем мы и пользовались при общении с продавцами в магазинах.

Collapse )
пишу

...не рухнуть в сладкую темноту




И еще процитирую "Сказки старого Вильнюса"!
Я уже писала, как восхищаюсь фантазией Фрая, но не понимаю, как она живет с таким действующим вулканом в голове, когда мне с моей мышиной фантазией и то жить трудно! А вот как живет - это Фрай пишет про Ирму, героиню рассказа "Улица Стиклю / Stiklių g. Карлсон, который", но, вполне возможно, что и про себя:

"У нее всегда, с детства, сколько себя помнила, болел весь мир — вымороченный, враждебный, нескладно и нелепо устроенный, не поддающийся исправлению, но при этом сияющий, звучащий, вибрирующий, ветреный, огненный и ледяной, великолепный настолько, что, дай она себе волю, рыдала бы взахлеб от восхищения с утра до ночи и, пожалуй, даже во сне. Но воли себе она, конечно, не давала, держала в ежовых рукавицах, дышала неглубоко, думать старалась поменьше и только о насущных проблемах, всегда стояла — там, внутри себя, — вытянувшись по стойке «смирно», чтобы не спятить, не рухнуть в сладкую темноту, не взорваться от переполняющей ее восхитительной муки..."
сова

В Игре - часть 3



Остаток дня я провел в подобных размышлениях, да так задумался, что сам не заметил, как оказался в номере своего отеля. Машинально разделся и улегся спать – а что еще делать-то? Утро, как известно, вечера мудренее. Но заснуть не удавалось: какая-то неуловимая мысль не давала мне покоя. Что-то я заметил странное в окружающей действительности…
Ага, что-то! Да тут ВСЁ странное.
Хотя бы то, что за два дня блужданий мне не встретилось ни одно транспортное средство. Даже на велосипеде никто не проехал. И что-то мне еще ни разу не попалось на глаза… И тут меня осенило! Мир, куда я попал, был очень ярким. Вывески, товары в витринах, одежда прохожих, посуда в кафе, простыни в номере – все было разноцветное и новое, не затёртое и не заношенное. Но ни разу я не увидел ни одного предмета белого, черного или красного цветов. Каких только оттенков розового и бордового не встречалось, а чисто красный не попадался. Я тут же вспомнил немолодую парочку, встреченную на маленькой площади у фонтана: толстушка в кислотно-розовом платье и ее кавалер в бордовом пиджаке, синих брюках и розовой рубашке с желтым галстуком. Местные жители вообще поражали меня способностью сочетать в одежде самые невероятные цвета. А может, и на этом уровне Игры (если это вообще уровень!) мне надо целенаправленно искать что-то белое, избегать черного и опасаться красного?
Так, подожди. А портье?! Портье в отеле! Он был в белой рубашке! Но в черных брюках. А бабочка на рубашке – красная. И сам он… Точно, он рыжий. Интересно: три цвета в одном. И что это значит? Я вскочил и помчался вниз – как был, в трусах. Но давешнего рыжего портье за стойкой не оказалось, а вместо него обнаружился симпатичный толстячок в пронзительно голубом костюме, желтой рубашке и синем галстуке, он приветливо мне заулыбался:
– Вы что-то хотели?
– Я хотел переговорить с другим портье! Рыжий такой!
– К сожалению, мой коллега сегодня уволился. Могу ли я чем-то вам помочь?
Уволился?! Черт, я упустил свой шанс! Я помялся и растерянно спросил, во сколько подается завтрак. Оказалось, в девять. Поднимаясь в номер, я лихорадочно вспоминал, не видел ли все-таки что-нибудь белое, и чуть не взвыл от досады: официант же! Он был во всем белом. И помогал мне. Конечно, в три часа ночи кафе вряд ли работало, поэтому с трудом дотерпев до утра, я помчался в кафе, подозревая, что мой официант, вполне возможно, тоже уволился. Но нет, у него просто был выходной, это меня обнадежило.
Я сидел за столиком, попивая кофе, и рассеянно глядел по сторонам, как вдруг мимо меня прошла полная женщина в желтом платье, по которому были щедро рассыпаны кислотно-зеленые горохи. Женщина вела за руку маленькую девочку в голубом платьице. Девочка, проходя мимо, показала мне язык – я с возмущением обернулся ей вслед и увидел, что ее тоненькая косичка украшена огромным белым бантом. Я бы даже сказал – бантищем. Белым! Я вскочил и рванул вслед женщине с девочкой, подумав, что до сих пор никогда не обходил город, двигаясь в эту сторону – всегда шел в противоположную. Женщина с девочкой успели уйти довольно далеко. Я побежал, лавируя между прохожими, большинство которых двигалось мне навстречу, и в какой-то момент понял, что не могу остановиться!
Улица резко ушла под уклон, и я мчался с горы, подгоняемый неведомой силой. По обе стороны дороги уже не было никаких строений – одни только скалы, заросшие травой и кустами, а впереди – я не поверил своим глазам! – впереди сияло лазурью и слепило солнечными бликами необъятное море. Меня вынесло на песчаный пляж, и тут я, наконец, смог остановиться. Некоторое время я оторопело таращился на волны, медленно накатывающие на берег, потом оглянулся: над морем возвышалась гора, вершина которой скрывалась в тумане. Я видел дорогу, по которой спустился – она постепенно переходила в городскую улицу.
И что мне теперь делать? Возвращаться в город бесполезно. Обойти гору? Я подозревал, что это невозможно. Переправиться через море? Но как? Ладно, для начала искупаюсь, а там будет видно. Я разделся, аккуратно сложил на песке одежду, рядом поставил кроссовки и вошел в теплую воду. О, какой кайф! Забыв обо всем, я довольно долго плавал и нырял, потом улегся на воде, раскинув руки. Прямо надо мной высоко в небе парили чайки. «Хорошо, – подумал я, – взлететь я не могу. А что, если нырнуть поглубже?» Набрал побольше воздуху в легкие и нырнул. Я неторопливо погружался в пронизанную солнечными лучами воду, которая постепенно становилась все прохладней, а потом внезапно оказалось, что я больше не погружаюсь, а – наоборот – всплываю!
Вынырнул я в бассейне. В обычном городском крытом бассейне, абсолютно пустом. Вода ощутимо отдавала хлоркой. Я озадаченно побултыхался, потом вылез на бортик и тут же увидел на скамье собственные шмотки. Под скамьей стояли мои кроссовки. Мало того, рядом со шмотками лежало большое махровое полотенце и новые трусы в магазинной упаковке. Вот это сервис! «Спасибо!» – сказал я неведомо кому и оделся, а потом пошел к выходу, следуя указаниям светящихся табличек, которые вывели меня в огромный и тоже абсолютно пустой вестибюль с застекленной передней стеной, в центре которой был тамбур с вертушкой.
Я так и рванул к дверям, но тут же притормозил: за окном была зима. Сугробы, расчищенные дорожки, порывы метели. Вдалеке виднелась улица с пешеходами и проезжающими автомобилям. Медленно проплыл троллейбус. Я зачарованно смотрел. Все было очень похоже на настоящее! Может, я вернулся домой? Но сквозь снежную круговерть невозможно было разглядеть городские подробности – надо выходить. В джинсах и футболке? Я огляделся – ага! Слева находился гардероб, в котором висела единственная куртка – зеленая «Аляска», очень похожая на мою. Может, это она и есть? В карманах обнаружились вязаные перчатки, шапочка и шарф, а на полу стояли теплые ботинки. «И опять – спасибо!» – сказал я, поклонившись. Переобулся, натянул куртку и шапочку, замотал шарф. И вышел на улицу.

Продолжение следует

#в_игре